Содержание
Один из них — Роман Андреев, участник специальной военной операции, кавалер Ордена Мужества, председатель Совета ветеранов микрорайона Чкаловский. Четыре ранения, два из которых тяжелые, возвращение в строй после каждой реабилитации, командование взводом под танковым обстрелом, а затем и ответственность за 500 военнослужащих — в этом материале — монолог офицера, прошедшего через огонь и не потерявшего главного: веры в людей, в свою страну и в мирную жизнь, ради которой все это делается.
Первый бой, разведка и ранение
В конце марта 2022 года старший лейтенант Роман Андреев, имевший за плечами десять лет военной службы, со своим взводом получил задачу выдвинуться на позиции. Открытое поле, которое бойцы называют «открыткой», пересекали уже на рассвете — под прицелом снайперов. Из тридцати человек до места дошли только восемь. Противник зафиксировал их с беспилотника, и начался плотный обстрел из минометов, артиллерии и «полек». Роман понял: если остаться на месте, взвод поляжет. Он не стал приказывать, а спросил: кто пойдет со мной в разведку? Вместе с замом и бойцом из соседней роты они прошли 800 метров, обнаружили бетонный дзот с пулеметчиками и снайпером, а также два миномета. При возвращении их накрыл огонь из крупнокалиберного пулемета. А затем пришел танк.
«Я бежал, впереди меня был боец, я его толкаю вперед, прыгаю за ним. Получилось так, что я его оттолкнул, он упал, а я в полете как раз получил осколок от танка. Пробил броню, и я лег сверху на него», — рассказал Роман Андреев.
Раненый командир остался в сознании. Ребята быстро перемотали рану, оттащили в ямку. Очнувшись, он спросил: все ли живы? И сразу приказал двигаться дальше, передал координаты артиллерии. Огонь противника прекратился. Будучи раненым, Андреев продолжал командовать взводом еще десять дней, пока не пришла смена. Он оказался единственным раненым во всем подразделении. За этот бой спустя два года особым порядком он получил орден Мужества.
Командирская ответственность: от 30 до 500 человек
Быть командиром, по словам Романа, намного сложнее, чем быть солдатом. На передовой у него в подчинении было 30 человек, сейчас — 500 военнослужащих. Каждый день он делает обход позиций, самая ближайшая точка соприкосновения с противником — 20 метров. На нем не только принятие решений в бою, но и снабжение, питание, боеприпасы, психологическое состояние личного состава. Он сравнивает взвод с большой семьей, за которую отвечаешь головой. И главное правило, которое помогает не сломаться, — это формула, знакомая каждому командиру.
«Все решения, которые принимаются в виде приказов, отдаются с холодной головой, с горячим сердцем. Ты понимаешь, что в специальной военной операции без потери, к сожалению, получиться не может. Но ты в тот момент понимаешь, если я сейчас дам слабинку, погиб один, то погибнут все», — добавил ветеран.
Бойцы его подразделения настолько сплочены, что часто не ждут приказа: сами идут вперед, выносят раненых, занимают позиции. В 2024 году Роман вместе с командиром роты из другого полка под дневным солнцем, когда дроны противника постоянно кружили, вытащил троих «трехсотых» с передовой, заранее наведя артиллерию для прикрытия. Своих не бросают — это не лозунг, а ежедневная реальность.
Страх, мотивация и миф о бесстрашии
Роман не верит в людей без страха. По его словам, такие либо погибают зазря, либо просто не существуют. Страх есть у каждого, и это нормально. Командирский страх работает в правильном русле — он заставляет просчитывать риски, слушать свист снарядов, определять направление удара. Но есть то, что пересиливает любой страх и заставляет идти вперед, получая четвертое ранение, подниматься после госпиталя и снова возвращаться на фронт.
«Знание о том, что тебя дома ждут и любят. Ради них. Семья, дети, да, все только ради них», — уверен герой подкаста.
Когда Романа спрашивают, боится ли он боли при ранении, он отвечает честно: осколок или пуля прилетают неожиданно, и боль сравнима с порезом пальца. Опасно не само ранение, а инфекция. И самое страшное на войне — не собственная гибель, а потеря подчиненных. Именно поэтому он учит бойцов не ярости, а холодному расчету. Ярость ослепляет, а холодная голова спасает жизни.
Возвращение к мирной жизни: радость без злобы
Многие ветераны, возвращаясь с войны, тяжело адаптируются к мирному укладу: смеющиеся люди на лавочках, походы в кино, беззаботная суета — все это иногда вызывает внутреннее отторжение. Но не у Романа. Он смотрит на мирную жизнь с радостью и облегчением. Именно для того, чтобы дети учились в школах, старики сидели на скамейках, а влюбленные гуляли по паркам, воюют его бойцы. Те же, кто возвращается со злостью на этот уют, по мнению ветерана, — неуверенные в себе люди, которые и до войны не нашли своего места.
«Наоборот, ты радуешься за то, что здесь люди живут в комфорте. И тем самым ты своими действиями понимаешь, что личный состав, я не сам, непосредственно делаем правильные вещи, правильное дело, поэтому чтобы здесь наша семья, наши семьи, бабушки, дедушки, дети учились, ходили в школу, получали образование — это немаловажный фактор. И за это стоит только радоваться», — поделился военнослужащий.
Главная проблема для вернувшихся — трудоустройство. Вчерашний командир взвода идет в пекарню или на завод, заново ищет себя. Помогают ассоциации ветеранов и комитеты семей воинов Отечества, а также местные главы, которые лично грузят машины для передовой и вникают в нужды бойцов. А еще — детские письма. Роман рассказывает, что бойцы сохраняют открытки от школьников, а в отпуске иногда специально разыскивают авторов, чтобы сказать спасибо.
Уроки мужества и воспитание настоящих мужчин
Роман проводит встречи в школах, колледжах, детских садах и даже в школе для инвалидов. Это не военная пропаганда и не запугивание. Он рассказывает детям о безопасности: интернет-угрозы, вербовка через соцсети, провокации. После таких уроков школьники начинают сообщать учителям о подозрительных сообщениях — раньше они боялись это делать. Дети задают самые разные вопросы: мальчики спрашивают про оружие, девочки — как перевязывать раны, всех интересуют бытовые мелочи: чем кормят на передовой? Роман позиционирует себя не как строгий офицер, а как отец, который объясняет, что можно, что нельзя и к кому обращаться за помощью. И сам он — отец четверых детей: трех сыновей и дочки.
«Оно как-то изнутри, на автомате. Все ребята хотят быть как папа. Папа — это глава семьи. Все-таки выдержка. Вести себя достойно, где бы ты ни находился. А самое главное для настоящего мужчины — не иметь никаких претензий. Жить и довольствоваться тем, что имеешь», — резюмировал Роман Андреев.
Этот принцип — без претензий, с достоинством и холодной головой, но горячим сердцем — Роман Андреев пронес через четыре ранения, орден Мужества, командование и возвращение к мирной жизни. И теперь передает его тем, кто только встает на ноги.
